«НАШ МУЗЕЙ ПОЛУЧИЛСЯ НЕ МОНАСТЫРСКИМ, А ИСТОРИЧЕСКИМ»

Монахиня Варвара (Пивняк) о новом музее Зосимовой пустыни

Анастасия Аристова

6 ноября празднуется память преподобного Зосимы (Верховского), одного из немногих представителей дворянского звания, оставившего высокое положение в обществе ради убогой монашеской кельи в непроходимой лесной чаще. Господь вывел преподобного Зосиму из пустыни, уготовав ему совершенно иное служение – основание женской общины, преобразованной в Туринский Свято-Николаевский монастырь. Со временем часть сестер, следуя за своим наставником, переехала в московские пределы, где и образовалась женская Зосимова пустынь.

Сейчас Зосимова пустынь – Троице-Одигитриевский ставропигиальный женский монастырь, скрывающийся среди лесов Новой Москвы. 25 сентября по благословению Святейшего Патриарха Кирилла там был открыт и освящен музей. О том, как он создавался и наполнялся, чему посвящена его экспозиция, мы побеседовали с архивариусом и главным хранителем музея Зосимовой пустыни монахиней Варварой (Пивняк).

 

– Расскажите, как возникла идея создания музея? Что стало отправной точкой при его основании?

– Троице-Одигитриевский монастырь основан преподобным Зосимой (Верховским), гвардии поручиком, впоследствии монахом. Он был одним из последних пустынножителей дореволюционной Российской империи, духовным писателем и основателем двух женских монастырей. Жизненный путь преподобного, его вклад в духовную литературу XIX века, история основанного им монастыря – все это нуждалось в подробном освещении. Эту задачу выполнила Людмила Александровна Верховская, праправнучатая племянница преподобного, в постриге – монахиня Зосима. Она не один десяток лет занималась сбором архивных материалов, которые помогли возвратить Церкви закрытый в советское время монастырь; издала несколько книг, в том числе книгу «Женская Зосимова пустынь», поражающую обилием информации: после каждой части – сотни ссылок на документы. Держать такой материал под спудом не хотелось. У нас было большое желание рассказать о жизни преподобного Зосимы и истории нашего монастыря всем неравнодушным и интересующимся людям.

– Экспозиция музея выстроена в соответствии с хронологией?

– Да. Когда мы попытались организовать все по темам, составить материал по книге матери Зосимы, то у нас ничего не вышло. Первый зал еще более-менее пошел: Рославль, Коневец и так далее, а дальше все встало. Просто тупик и все – непонятно, что дальше делать. Поэтому мы выбрали хронологический подход, выстроили хронологию по трем, даже четырем книгам. Это книга «Поучения преподобного Зосимы», изданная в Троице-Сергиевой лавре, книга монахини Зосимы «Женская Зосимова пустынь», житие преподобного Зосимы, написанное игуменией Верой (Верховской) и книга «Женское монашество Зосимовой пустыни», тоже матери Зосимы, в которой в основном содержатся сведения о наших новомучениках и переписка с преподобным Антонием (Путиловым). На базе этих книг была составлена хронология, буквально по дням, и осталось только добавить иллюстрации. Мы старались оживить нашу выставку портретами людей, с которыми общался преподобный, которые встречались на его пути и так или иначе влияли на ход событий.

- В чем вообще заключается предназначение музеев?

– Ознакомить с историей. Сегодня, например, был человек, который, когда вышел, сказал: «Я прошелся по всем временам и вернулся в сегодняшний день». Очень эмоционально это все воспринял. Мы будем очень рады, если наш музей станет небольшим вкладом в Федеральный проект «Культурная среда».

– Есть какое-то принципиальное отличие монастырских музеев от обычных?

– Сразу можно сказать: наш музей получился не монастырским, а историческим. В нем представлен очень обширный материал, охватывающий множество событий из истории нашей страны и довольно большой временной период: начиная с того времени, как предки преподобного Зосимы, поляки Верховские, приняли православие, затем Отечественная война 1812 года с Наполеоном, история грузинских царевичей, Великая Отечественная война. К тому же, обширна география перемещений старца. Пласт очень большой. Получился блок не только узко монастырский, но гораздо шире.

– Какие экспонаты являются уникальными и самыми ценными?

– Конечно, это подлинники. Прежде всего, фрагменты записной книжки преподобного Зосимы и заветные письма, которые являются отдельной страницей в истории монашества. Уникальность их в том, что они письменно закрепляют отношения старца и послушниц. Аналогов подобного договора между духовным отцом и духовными детьми нет ни в русской, ни, в целом, в восточно-христианской аскетической традиции. Подробное исследование заветных писем можно найти у Алексея Беглова. Он занимался и Туринской трагедией[1] – нестроениями в Туринском монастыре, которые привели к тому, что преподобный Зосима с верными ему сестрами покинули Сибирскую землю и основали новый монастырь под Москвой.

Очень ценны, конечно, экспонаты, найденные потомками наших первых благодетелей Лепешкиных и привезенные в подарок музею. Это обнаруженные в местах ссылок, лагерей в Казахстане фрагмент проволоки, самодельное копие для совершения таинства Евхаристии и лампадка, сделанная вручную из медицинской банки. Пришли к нам и такие совершенно неожиданные вещи, сделанные руками сестер: вышивка, одеяло, сшитое сестрами, скатерть, связанная теми, кто учился здесь рукоделию. Ну и находки – то, что было обретено при восстановлении монастыря: фрагменты монашеского облачения игумении Веры и, что очень для нас ценно, даже ее четки, пролежавшие в очень влажной среде почти 150 лет.

– Количество экспонатов наверняка будет прибавляться. Предполагаются ли временные выставки, дополнительные экспозиции?

– Всему свое время. Когда-нибудь, наверное, будут какие-то тематические выставки. Возможно, в будущем будем проводить какие-то тематические конференции. Наши залы, по крайней мере, располагают к тому, чтобы проводить такие вечера.

– Некоторое время назад музеи активно начали пользоваться цифровыми технологиями. Планируется ли что-то из этой сферы использовать в музее Зосимовой пустыни?

– Мы оцифровкой своих книг еще не занимались. А так, конечно, ведем архивы, регистрацию экспонатов. Информационные цифровые витрины – пока нам это рано. Предпочитаем бумажную, так сказать, экспозицию, чтобы можно было полистать, подержать. Тем более, чтобы такое сделать, необходимо набрать и систематизировать материал, нужна другая работа, особенная. Но мы считаем, что у нас живой материал.

 

– Будут ли аудиоэкскурсии?

– Аудиоэкскурсии мы предполагаем. Собственно говоря, они есть: на радио «Град Петров» экскурсия уже транслируется. Но хотим все же более серьезно к этому подойти и разработать специальную экскурсию по нашему музею для посетителей.

– Как устроена постоянная экспозиция?

– Мы постарались сделать документы максимально доступными, поэтому представили их в виде информационных раскладушек, чтобы люди могли почитать, полистать. Дали тексты и в экспозиции на стенах. Постарались дать такую информацию, чтобы человек, даже когда просто пришел, самостоятельно мог что-то почитать и войти в тему нашего музея. Экспозиция идет подряд, начиная от родоначальника рода Верховских, Адама Верховского, и далее по житию преподобного, поэтому очень легко переходить от темы к теме, от города к городу, от события к событию. Получилось такое географическое путешествие во времени.

– На какую аудиторию ориентирован музей монастыря: на детей, на взрослых?

– Прежде всего на наших прихожан и всех здесь рядом живущих, потому что надо знать историю своего места и понимать, какие события здесь проходили.

– То есть тут есть экспонаты, связанные не только с монастырем, но и с окрестностями?

– С историей этого места, да. Она же не сразу вдруг началась на этом месте. Это годы и десятилетия. Все это входит в жизнь нашего преподобного, как и история монастыря после его смерти: его закрытия и возрождения. Бывает, что прихожане находят своих предков в самых первых списках обители. Это удивительно, что люди из Сибири, находясь здесь, но будучи уже жителями Москвы, находят своих родственников тех времен, времен преподобного Зосимы. Также находят в списках насельниц своих бабушек, которые трудились в монастыре в более позднее время; дедушек, принимавших участие в жизни обители. Конечно, и нам радостно, и им радостно, что мы храним память об их предках, что они могут теперь привести сюда своих детей, внуков, чтобы те реально видели, что их бабушки, прабабушки, прадедушки оставили очень хороший, светлый след в истории страны, в истории этого места, вообще в истории. Это радует.

Потом мы, конечно, рассчитываем на деток младшего возраста. Очень хотим, чтобы у нас были детские экскурсии, потому что у нас есть прихожане, детки младших классов, которые уже знают житие преподобного Зосимы и могут для своих ровесников проводить экскурсии. Поэтому мы рассчитываем на младших школьников и детей старшего школьного возраста. Надеемся, что студенты тоже будут посещать наш музей.

 

Иногда приходят люди, интересующиеся воинским захоронением. Поскольку у нас в 1941–1942 годах на территории монастыря находился госпиталь и на монастырском кладбище хоронили погибших воинов, то приходят те, кто ищет своих предков, которые воевали и, возможно, здесь погибли. Иногда находят. У нас представлен большой список невосполнимых потерь, зафиксированных в нашем госпитале. Есть выписки из госпиталя, который располагался в монастырском храме, они тоже представлены в музее. Перед самым открытием музея мы нашли информацию о боях, дневник боев и фотографии людей, непосредственно участвовавших здесь в боевых действиях. Все это тоже история – то, что происходило здесь, в монастыре, или рядом с монастырем.

– Кто принимал участие в создании экспозиций?

– Прежде всего, Людмила Александровна Верховская, монахиня Зосима, внесла неоценимый вклад в создание музея, проделав громаднейшую архивную работу. Она собирала материал в Санкт-Петербургских, Смоленских, Московских, Тобольских архивах. По ее наработкам экспозицию составляли сестры монастыря.

– В интерьере музея очень необычно смотрится лесная диорама.

– Изначально идея была такая, что первый зал – это лес. Потому что преподобный Зосима, когда вышел в отставку (а он был гвардейцем), решив, что это не его стезя, ушел в Рославльские леса к пустынникам, где встретился с преподобным Василиском, ставшим его духовным наставником и сомолитвенником. Затем местом их пребывания был Коневский монастырь, где отец Зосима принял постриг. Потом они предприняли непростое не сложившееся путешествие на греческий Афон. И впоследствии – переход за Уральские горы, в Сибирь, где более 20 лет они жили в уединении и молитве. То есть этот зал получился лесной.

А дальше уже преподобный начал создавать монастыри: первый монастырь – за Уралом, который в силу обстоятельств был вынужден покинуть, второй – в Москве. Второй монастырь оказался под покровительством митрополита Филарета (Дроздова). Строительству помогали многие известные особы: Шереметьевы, грузинские князья, купцы, промышленники. Сестры монастыря переписывали книги для Оптиной пустыни (в Троице-Сергиевой лавре сохранились листочки книг, переписанные нашими сестрами). Были сестры-золотошвейки, выполнявшие серьезные заказы для других монастырей, была иконописная школа. В музее есть икона, написанная сестрами, есть вышивка сестер, не законченная, но совершенно уникальная – вышивка шелком по шелку.

Была идея оформить второй зал под гостиную середины XIX века, что нам, вероятно, удалось благодаря нашим помощникам – в оформлении музея принимали участие московские дизайнеры. Изюминка нашего музея – это альбом Верховских, который кратко рассказывает о жизни этой семьи.

– У вас в первом зале лежат археологические находки. Что это?

– В лесной части зала мы воспроизвели диораму того места, где жили старцы Зосима и Василиск. В 1999 году уральские батюшки там проводили раскопки и нашли остатки глиняной посуды (как мы знаем, преподобный Василиск занимался гончарным делом) и остатки деревянного пола. На этом месте чуть позже побывала наша мать Зосима и привезла из этих раскопок черепки и фрагменты пола, помещенные впоследствии в нашем импровизированном музейном раскопе. Один кирпичик из этих раскопок привезен со святой горы Афон – как дар почитающих старца Зосиму монахов. Еще мы знаем, что на месте подвигов Василиска и Зосимы выросла двойная сосна, и наши дизайнеры в диораме воспроизвели раздвоившуюся сосну.

– В музее представлено очень много вещей, связанных с историей обители. Как удалось сохранить их в таком количестве?

– Каким-то образом сохранили. Кто-то стул сохранил, кто-то фотографию полуразрушенной, переоборудованной часовни, кто-то книги. А подлинники писем нам были переданы схимонахиней Игнатией (Пузик), которая прожила долгую жизнь и была духовным чадом преподобномученика Игнатия (Лебедева). После того как монастыри стали закрываться, монахи мужской Зосимовой пустыни нашли приют в Высоко-Петровском монастыре в Москве. Некоторые монахини нашего монастыря пришли туда под руководство Игнатия (Лебедева). В частности, и монахиня Игнатия, принявшая постриг, еще будучи студенткой медицинского института. Мы ее приравниваем к Зосимовским сестрам, так они жили единой духовной семьей. Отец Игнатий очень почитал преподобного Зосиму, и наши сестры принесли ему некоторые святыни, связанные с преподобным: соломинку, через которую он пил, когда болел, его четки, вырезанные им деревянные ложки, еще что-то. Но после того как преподобномученик Игнатий был арестован, погиб в ссылке, эти предметы пропали, а письма удалось сохранить схимонахине Игнатии (Пузик), и наша монахиня Зосима (Верховская) уговорила их передать в восстанавливающуюся Зосимову пустынь. Таким образом к нам попали подлинники записной книжки и заветных писем, вышивка шелком по шелку. Вернулась бархатная папка для газет с вышивкой по бересте.

 

– Были ли какие-то неожиданности, связанные с музеем?

– Конечно. Ближе к завершению появились новые экспонаты. Приходили люди, которые готовы были помочь. Наши прихожане оформили целую витрину, посвященную Великой Отечественной войне. Даже само существование музея, то, что это осуществилось – неожиданность. Не верилось, конечно.

– Вы сказали про витрину, посвященную Великой Отечественной войне. Какое отношение эти предметы имеют к монастырю? Здесь же боев не было?

– Почему не было? Были. Что там 3–4 километра? Представляю, как тут все грохотало, и запах горелого приходил с мест боев, дорога, по которой раненых везли в госпиталь, была кровью полита.

– А вообще количество музейных экспонатов у вас большое?

– Экспонатов много. Как только мы начали вынашивать идею музея, люди стали приносить предметы, связанные с историей монастыря и окрестностей. И теперь, особенно после открытия музея, мы надеемся, что он еще больше пополнится экспонатами.

 

– Какие экспонаты хотелось бы добавить в музейную экспозицию?

– Хотелось бы видеть в музее портрет преподобного Зосимы, написанный сестрами, который чудом был найден в 1971 году, в бытность здесь пионерского лагеря. Он сейчас не у нас – хранится в Даниловом монастыре, где его отреставрировали, иначе до нашего времени этот портрет просто не дожил бы.

– Кто проводит экскурсии и возможно ли свободное посещение музея?

– Если большая группа, то обговаривается заранее по телефону монастыря. Возможны также индивидуальные экскурсии. Их проводят насельницы. Предполагается, что каждая сестра овладеет этим материалом и будет проводить экскурсии. Сейчас сестры подробно знакомятся с материалами музея. А для желающих самостоятельно ознакомиться с экспонатами и экспозицией доступно свободное посещение.

– Помимо музея вы занимаетесь монастырским архивом, и, конечно, одно с другим неразрывно связано. Какие у вас на данном этапе приоритеты в работе и первоочередные задачи?

– Первоочередные задачи – это привести в порядок документы, папки, ввести регистрацию новых предметов. А в основном это труды по музею, так как такового архива, профессионального, у нас не существует. Существует отдельно архив документов, собранных монахиней Зосимой. И мы сейчас пытаемся привести в порядок то, что есть.

С монахиней Варварой (Пивняк)
беседовала 
Анастасия Аристова

27 октября 2021 г.